,,У меня yбpали восемь килограммов живота.,, Сын Никаса Сафронова перенес пластику

Лука Затравкин, известный пианист и сын знаменитого художника Никаса Сафронова, давно привлекает внимание не только своим музыкальным талантом, но и внешностью. На протяжении многих лет он борется с серьезным лишним весом — в определенный период его масса тела приближалась к 300 килограммам. Однако стремление изменить себя продиктовано не столько медицинскими показаниями, сколько непростыми отношениями с отцом. Сафронов не раз пытался повлиять на сына, порой ставя его перед жёстким выбором.
«Я хотел быть вовлечённым в его жизнь, повлиять, добиться результатов. Сказал ему: либо ты не считаешься со мной — и тогда живи, как

хочешь. Либо, если ты меня уважаешь и слышишь, тогда начинай худеть, и мы сможем быть ближе», — делился художник в интервью. Пытаясь соответствовать отцовским ожиданиям, Лука прибегал к крайним мерам. Он вспоминает, как однажды согласился на подпольную абдоминопластику в условиях, далёких от медицинских стандартов. «Операция проходила в обычной квартире. Отрезали восемь килограммов кожи с живота, зашили, и уже на следующий день мне пришлось уехать, потому что в квартиру заселялись новые арендаторы. Домой я вернулся с дренажом и швами», — рассказал пианист в программе «Основано на реальных событиях» на НТВ. Несмотря на

сложности, борьба с весом помогла Луки и его отцу сблизиться. Никас Сафронов сегодня открыто говорит о своей гордости за сына и переживаниях за его здоровье: «Он только начал сбрасывать вес. Пока это немного — килограмм, может, два. Но важно, что он настроен серьезно. В свое время он сильно поправился на фоне переживаний за мать. А сейчас он старается. Он всё ещё крупный, но очень сильный парень. Даже Орнеллу Мути на руках носил, когда она приезжала на мою выставку», — с улыбкой вспоминает художник. Интересно, что авторитет отца Лука воспринимает во многом благодаря матери, которая сумела сформировать у сына уважительное отношение к отцу, несмотря на то, что в ранние годы художник не принимал активного участия в его жизни.
«Мама всегда говорила мне о папе с уважением. Я рос с ощущением, что у меня есть отец — пусть и где-то далеко», — признается Затравкин.